Оборона Вестерплатте 1939. Как поляки воевали с фашистами...

Фильм «Тайна Вестерплатте» 2013
Фильм «Тайна Вестерплатте» 2013

Вестерпла́тте (нем. Westerplatte) — полуостров на польском побережье Балтийского моря под Гданьском (Данцигом), где в период с 1 по 7 сентября 1939 года гарнизон польского Военно-транзитного склада удерживал оборону против немецких войск.

 

История

 

Вестерплатте — небольшой полуостров в Гданьской бухте, в устье Мёртвой Вислы (у самого входа в порт). В 1920 году Гданьск (Данциг) по решению государств-победителей в Первой мировой войне вновь получил статус Вольного города (под протекторатом Лиги Наций). В соответствии с Парижским соглашением от 9 ноября 1920 года Польша представляла и защищала интересы граждан Гданьска (Данцига) за границей, а территория Вольного города входила в польское таможенное пространство. 14 марта 1924 года Польша получила согласие Лиги Наций на создание транзитного военного склада на полуострове Вестерплатте, а 7 декабря 1924 года — и на размещение небольшого гарнизона для его охраны. 31 декабря 1924 года Польша официально вступила в права на территорию военно-транзитного склада. 18 января 1926 года на тральщике «Мева» сюда прибыло первое подразделение гарнизона Вестерплатте. 

 

Претензии Германии на Данциг стали одним из главных поводов для обострения германо-польских отношений в 1939 году и, как следствие, нападения Германии на Польшу. 1 сентября 1939 года Германия объявила о включении Данцига в состав Рейха и приступила к ликвидации всех польских институтов на его территории. Главными из них были польское почтовое ведомство и Военно-транзитный склад.

 

Караульное помещение № 1 (музей Вестерплатте)
Караульное помещение № 1 (музей Вестерплатте)

Подготовка гарнизона к возможной обороне

 

Сложные взаимоотношения с Вольным городом, постоянная опасность провокаций со стороны нацистской Германии вынудили польское военное командование со второй половины 1933 года заняться максимальным укреплением гарнизона. Все гражданские объекты на территории гарнизона следовало приспособить и для военных нужд. Эта задача легла на плечи нового коменданта майора Стефана Фабишевского. Непосредственное выполнение работ было поручено капитану Мечиславу Крушевскому и его помощнику инженеру Славомиру Боровскому. Ими были выстроены 6 замаскированных караульных помещений, расположенных в самых главных опорных пунктах полуострова, а также подготовлены к обороне уже существующие объекты. Общая конфигурация имела примерную форму буквы Т, где поперечная часть была обращена к каналу.

 

Созданы были также специальные посты, представляющие собой сооружения, оборудованные для размещения группы стрелков и имеющие одно-два пулемётных гнезда. Пост «Пром», находившийся на канале прямо напротив Нового порта, прикрывал восточное направление, где Вестерплатте связывала с устьем Вислы узкая полоска суши. Недалеко от него находился пост «Форт», под который были использованы фрагменты бетонных сооружений, оставшихся после Первой мировой войны. У склада боеприпасов разместился пост «Лазенки», к югу от него — небольшой пост «Электростанция». На канале, напротив лоцманского ведомства и маяка, был установлен пост «Пристань». За ним, в направлении КП № 2, расположился пост сержанта Владислава Дейка («Линия железной дороги»).

 

Работы продолжались вплоть до начала войны, в условиях всё более ухудшающейся международной ситуации и постоянной угрозы нападения со стороны Германии. Первая тревога прозвучала 22 марта 1939 года в связи с возможностью нападения со стороны германского флота, возвращающегося из Клайпеды после дружественного визита. Майор Сухарский, комендант Вестерплатте с 3 декабря 1938 года, срочно запросил помощи в людях и вооружении. В результате численность гарнизона выросла с 88 до 210 человек (включая гражданский персонал).

 

Первоначально гарнизон состоял из военнослужащих 4-й Поморской пехотной дивизии, затем — морского батальона в Вейхерове. С 1938 года комплектование осуществлялось из разных частей страны в соответствии со специальным планом. Служба на Вестерплатте для солдат-срочников продолжалась полгода, после чего (осенью и весной) их заменяли другие новобранцы. Несколько дольше продолжалось пребывание в гарнизоне офицеров и унтер-офицеров. Основное время военнослужащих поглощала напряжённая караульная служба. На занятия оставалось не более двух дней в неделю.

 

Если с личным составом и укреплёнными пунктами все обстояло более или менее нормально, то вооружение гарнизона явно не соответствовало поставленной задаче. План Главного штаба Войска Польского предусматривал в случае германского нападения (или путча в Данциге) переброску сюда Интервенционного корпуса, который должен был захватить Данциг, а через 12 часов прийти на помощь вестерплаттскому гарнизону. 31 августа в Вестерплатте прибыл подполковник Винценты Соботинский из Генерального комиссариата РП в Данциге. Он проинформировал майора Хенрика Сухарского об отмене принятого ранее решения об обороне польских объектов в Данциге и о расформировании Корпуса. Подполковник сообщил также, что немцы, скорее всего, нанесут удар на следующее утро, и призвал Сухарского к принятию взвешенного решения. По словам одного из свидетелей, капрала Мечислава Врубеля, после этой беседы «Сухарский вышел с сине-зелёным лицом».

 

Между тем, даже для выполнения первоначального плана защитникам Вестерплатте явно не хватало огневой мощи. Удалось доставить и укрыть в железнодорожных вагонах одно старое полевое орудие, два противотанковых орудия и четыре миномёта. За несколько дней до начала войны местным подразделениям СС удалось захватить и конфисковать в Данциге транспорт с оружием и боеприпасами (в основном, гранатами и снарядами), направлявшийся в Вестерплатте.

 

С весны 1939 года немцы уже открыто укрепляли свои подразделения в Данциге. Силы полиции были доведены до двух полков (около 6 тысяч человек). Создана была также бригада SS-Heimwehr Danzig (около 2 тысяч человек). Под руководством генерала Эберхардта в Данциг перебрасывалось вооружение, оседавшее на складах Шухау. Весной 1939 года в гарнизон Вестерплатте прибыла последняя (как оказалось) смена личного состава. Все солдаты были из 2-й пехотной дивизии, расквартированной в Кельце.

 

25 августа 1939 года в Гданьскую бухту с «дружеским визитом» вошел германский учебный линкор «Шлезвиг-Гольштейн». Официальной причиной прибытия линкора являлось 25-летие гибели здесь одного из германских судов в Первой мировой войне. В действительности линкор представлял собой плавучую батарею, которой была поставлена задача вести обстрел польского побережья. Вооружение «Шлезвига» включало в себя 4 орудия калибра 280 мм, 10 150-мм орудий и 4 88-мм орудия. На его борту также находилась штурмовая рота морских пехотинцев (Marinesturmkompanie) численностью 500 человек. Поскольку первоначальной датой вторжения в Польшу было установлено 26 августа, то уже на следующий день после прибытия линкор должен был открыть огонь по Вестерплатте. Дату, однако, перенесли, так что пребывание «Шлезвига» затянулось. На рассвете 1 сентября линкор продвинулся вглубь портового канала до т. н. «Поворота Пяти свистков» у Нового Порта.

 

Хроника обороны

1 сентября

 

В 4:30 германский учебный броненосец «Шлезвиг-Гольштейн» был приведён в состояние боевой готовности, а уже в 4:45 начал обстрел Вестерплатте. В 4:50 майор Сухарский доложил об обстреле в штаб ВМС в Гдыне.

 

Немецким планом предусматривался массированный артиллерийский обстрел с «Шлезвига», в результате которого, как ожидалось, сопротивление и моральный дух польских солдат будут сломлены, после чего полуостров должны были атаковать немногочисленные подразделения из Данцига: батальон СС Heimwehr, две полицейские роты и рота морских пехотинцев. Однако уже первые часы показали, что защитники гарнизона хорошо подготовились к обороне. Это стало неприятным открытием для возглавлявшего операцию вице-адмирала Густава Кляйкампа на «Шлезвиг-Гольштейне».

 

Первый удар артиллерии обрушился на пост «Пром» и район казарм (КП № 6). Он продолжался десять минут, после чего начался штурм немецкой пехоты. Сильный огонь с постов «Вал» и «Пром» заставил немцев отступить, неся потери в живой силе. С 5:35 до 9:00 гарнизон подвергался непрерывному обстрелу из артиллерийских батарей и пулемётов из Бжезина и со всех прилегающих возвышенных точек (включая костёл Нового порта). Майор Сухарский принял решение также нанести противнику артиллерийский удар, максимально использовав единственное в гарнизоне орудие до его неизбежного уничтожения. Из показаний капрала Эугениуша Грабовского следует, что артиллеристы успели сделать только 28 выстрелов, прежде чем орудие замолчало навсегда. Тем не менее удалось поразить немецкие огневые точки (с тяжёлыми пулемётами) на маяке и на нескольких высоких зданиях порта на другом берегу канала.

 

Очередная немецкая атака на пост «Пром», начавшаяся в 9:00, также была отбита. В результате миномётного огня атакующие отступили с большими потерями, после чего возобновился сильный артиллерийский обстрел «Прома» с линкора. В ходе этого обстрела серьёзное ранение получил командир поста «Пром» подпоручик Леон Пайонк. Командование постом принял на себя хорунжий Ян Грычман. Сразу же после артподготовки начался штурм с участием морских пехотинцев. Стремясь избежать рукопашной схватки с превосходящим в численности и подготовленным противником, хорунжий приказал отступить к КП № 1 (командир взводный Петр Будер). Дальнейшее продвижение штурмовой группы застопорилось из-за шквального пулемётного и винтовочного огня из КП № 1 и поста «Форт».

 

Незадолго до этого группа польских солдат с поста «Пром» под командованием капрала Анджея Ковальчика сумела подобраться к находящемуся за стеной территории Вестерплатте караульному помещению данцигской полиции Schupo, где немцы установили пулеметное гнездо и прицельно обстреливали тылы защитников гарнизона. Солдаты забросали караульное помещение гранатами. При этом капрал Анджей Ковальчик был смертельно ранен.

 

Ещё дважды, в 14:00 и 17:00, немцы предпринимали атаки на Вестерплатте, но обе они закончились безуспешно. Правда, артиллерия линкора подавила огневые точки, оборудованные в казарме, которые стали непригодны для обороны и были оставлены защитниками гарнизона.

 

В 19:00 немцы начали третью атаку на КП № 1, 2, 5. Бой продолжался до 20:30. Одновременно караульные помещения подвергались мощному обстрелу с линкора и батарей из Устья и Бжезина. Пост «Пристань» также подвергался непрерывному обстрелу полевых орудий. Вечером немцы предприняли ещё несколько вылазок против защитников КП № 1 и поста «Форт».

 

Итоги первого дня обороны. Польские потери составили 4 убитых и несколько раненых. Гарнизон лишился своего единственного полевого орудия и оставил пост «Пром». Немцы же, заняв часть территории, потеряли 82 человека убитыми и более 100 ранеными (главные потери пришлись на штурмовую роту морских пехотинцев).

 

2 сентября

 

Второй день обороны Вестерплатте начался огнём немецкой артиллерии. До 14:00 защитники КП № 1, 2, 5 и поста «Форт» отражали атаки пехоты. С целью уничтожения подземных фортификаций немецкое командование приняло решение о воздушном налёте пикирующих бомбардировщиков Ю-87 («Штука»). Налёт состоялся в 18:05 — 18:45. В нём приняли участие 47 «Штук», которые сбросили 8 бомб по 500 кг, 50 бомб по 250 кг и 100 бомб по 100 кг. В результате прямого попадания сразу двух бомб полностью оказался разрушен КП № 5. Почти все находившиеся там бойцы погибли, включая командира КП взводного Адольфа Петцельта. Другими бомбами были уничтожены все четыре миномёта и сразу в нескольких местах перебит телефонный кабель. Опасаясь новой атаки немецкой пехоты, майор Сухарский приказал сжечь шифры и секретные документы.

 

Массированная бомбардировка оказала на осаждённых сильнейшее психологическое воздействие. Среди личного состава вспыхнул бунт, который был подавлен самым жёстким образом. Четверо военнослужащих были расстреляны возле электростанции и одноимённого поста. 8 сентября их тела были найдены немцами.

 

Нападающие, однако, психологический результат от налёта авиации не использовали, предприняв новый штурм только в 20:00, когда польские солдаты уже оправились от пережитого шока. Вечерняя атака была также отбита. Тем не менее, результаты авианалёта и гибель бойцов КП № 5 самым глубоким образом потрясли командира гарнизона майора Хенрика Сухарского, отдавшего приказ о капитуляции. Приказ не был исполнен, так как против него выступили другие офицеры. Заместитель командира гарнизона капитан Франтишек Домбровский отстранил майора Сухарского и сам принял командование гарнизоном. В этот день гарнизон Вестерплатте потерял 13 военнослужащих, большинство из которых погибли на КП № 5. По приказу Сухарского старший легионер Ян Гембура вывесил на крыше казармы белый флаг, который сразу же заметил в бинокль командир немецкой штурмовой роты обер-лейтенант Вальтер Шуг. Однако через очень короткое время флаг исчез. Это объяснялось тем, что, в свою очередь, по приказу капитана Домбровского польские солдаты расстреляли Гембуру прямо на крыше и сняли белый флаг.

 

3 сентября

 

Ранним утром на борту «Шлезвига» немецкое командование разработало план штурма, в котором должны были принять участие 2 батальона полка Краппе, штурмовая рота морских пехотинцев, усиленная 45 моряками с линкора с 4 пулемётами, взятыми из артиллерийского училища, а также батарея гаубиц и рота сапёров при поддержке танков и миномётов. Немцы были убеждены в наличии на Вестерплатте самых современных оборонительных сооружений. По их мнению, все бункеры были связаны между собой подземными ходами. Как всегда, утром артиллерия линкора начала обстрел, продолжавшийся до 7:00. Атака началась ближе к полудню — на КП № 1, 2 и пост «Форт». Ожесточённые бои продолжались весь день. В 15:00 обстрел со «Шлезвига» возобновился. К ночи немецкие атаки вновь были отбиты. Никто не погиб, но раненых было много. По радио пришло сообщение о потери Быдгоща и отступлении польских войск из Поморья. Немного подняло настроение защитникам Вестерплатте сообщение о том, что Англия и Франция объявили войну Германии.

 

В ночь на 4 сентября немцы предприняли попытку форсирования канала на лодках, где разместились морские пехотинцы. Однако продвижение десантной группы было замечено наблюдателями. После сильного огня с польских позиций две лодки перевернулись и затонули, остальные под обстрелом повернули обратно. И вновь штурмовая рота понесла серьёзные потери.

 

4 сентября

 

Германское командование ввело в бой новое подразделение — специальный учебный сапёрный батальон (Pionierlehrbataillon) из Дессау-Рослау, насчитывавший 780 бойцов с ручными пулемётами и огнемётами. Командовал батальоном подполковник Карл Хенке. Усилилась также наземная артиллерия — в её состав вошли мортиры калибра 210 мм. В 4:40 начался мощный обстрел Вестерплатте. Помимо наземных батарей, в обстреле принимали участие также и корабли, стоявшие в Гданьской бухте:

 

На рассвете миноносец «Т-196» приблизился к Вестерплатте и открыл огонь. В 7:00—7:20 и 9:45—9:50 он выпустил с расстояния 2800 м 65 снарядов в направлении складов амуниции и укреплений с восточной стороны Вестерплатте. В результате один снаряд чуть было не угодил в цистерну с нефтью в Гданьском порту, что вызвало замешательство немцев и прекращение дальнейшего огня с миноносца. Так же безрезультатно закончился обстрел с «Von der Groeben», который сам подвергся пулемётному обстрелу защитников гарнизона. Склады вооружения уцелели, однако их запасы быстро таяли. Немцы также всё делали для того, чтобы максимально усложнить связь защитников Вестерплатте внутри самого гарнизона, а также со штабом. Они постоянно наносили удары по кабельным коммуникациям и всячески старались заглушить радиосигналы. Несколько раз происходили столкновения польских солдат с немецкими сапёрами из Pionierlehrbataillon, пытавшимися вывести из строя телефонный кабель.

 

Главные немецкие атаки в этот день пришлись на КП № 1, 2, 4 и пост «Форт». Все они были отбиты. В связи с тем, что артиллерийский обстрел со «Шлезвига» серьёзно повредил казармы, капитан Домбровский принял решение о переносе командного пункта в один из бункеров. Во второй половине дня немецкие атаки прекратились, а обстрелы значительно ослабли, что дало возможность защитникам гарнизона немного отдохнуть. Передышка была вызвана тем, что немцы окружили польскую группировку в Кемпе-Оксывской и перебросили туда часть сил. 4 сентября поляки не потеряли убитыми ни одного человека, но ранены были многие. В целом ситуация значительно ухудшилась. Немцы с успехом применили тяжёлую артиллерию, наносившую серьёзный урон. Кроме того, личный состав Вестерплатте, в отличие от противника, не имел возможности сменяться и отдыхать. В гарнизоне стала ощущаться нехватка воды, пищи (основу которой составляли сухари и консервы), а также медикаментов, из-за чего раненые не могли получить необходимую помощь. Врач гарнизона капитан Мечислав Слабы впоследствии подтвердил один случай гангрены. Майор Сухарский вновь вернулся к вопросу о капитуляции. Теперь мнения офицеров разделились. Тем не менее, и на этот раз по настоянию капитана Домбровского решение о капитуляции принято не было.

 

5 сентября

 

Немцы никак не могли понять, в чём же именно кроется причина их неудач. Помимо уже распространённого мнения о мощной системе связанных между собой подземных бункеров, было высказано предположение (естественно, оказавшееся впоследствии ложным), что в густой кроне деревьев Вестерплатте скрываются снайперы. Вот почему именно на деревья пришелся очередной обстрел орудий «Шлезвига», начавшийся в 11:00. Помимо леса, огнём артиллерии были серьёзно повреждены КП № 5 и офицерская вилла. Вновь обстрелу подверглись КП № 1 и 4, а также пост «Форт». После артобстрела немецкая пехота, поддержанная миномётами, предприняла атаку на КП № 2, которая была отбита в ходе ожесточённого боя. Новый артиллерийский и миномётный обстрел полностью уничтожил КП № 1. Ещё более ухудшилось положение защитников постов «Пром» и «Пристань». Тяжелым также было и моральное состояние польских солдат, уже осознавших, что на помощь союзников рассчитывать не приходится. Поступавшая информация о ходе войны в целом также не приносила облегчения. Тем не менее, боевой дух оставался, как и прежде, высоким.

 

6 сентября

 

В 3:00 немцы предприняли первую попытку поджечь лес, являвшийся естественной защитой гарнизона, откуда, прикрываясь деревьями, поляки вели огонь по наступающим штурмовым частям. Немцы разогнали паровозом цистерну с бензином, которая помчалась прямо в лес. Однако ещё раньше защитники гарнизона разобрали рельсы, опасаясь въезда немецкого бронепоезда. Цистерна остановилась, не доехав до польских позиций. По ней сразу же был открыт огонь из противотанкового ружья (с позиции возле КП № 4), после чего цистерна взорвалась, не причинив оборонявшимся никакого вреда. Вторая попытка поджечь лес (на этот раз с помощью огнемётов) также не удалась. С 10:30 до 12:00 немцы обстреливали склады из гаубиц и мортир, пытаясь вызвать детонацию хранившихся там снарядов. Но взрыва так и не произошло. Вечером была предпринята ещё одна попытка поджечь лес. На этот раз две цистерны дошли до места, но снова были обстреляны и взорваны. Пламя с выбросами чёрного дыма бушевало всю ночь.

 

Ночью немцы освещали территорию Вестерплатте мощными прожекторами и продолжали обстреливать её одиночными выстрелами. Майор Сухарский созвал совещание с участием офицеров. И снова не удалось прийти к единому мнению. Капитан Домбровский и поручик Гродецкий выступили за продолжение борьбы. Сухарский призвал офицеров к большей ответственности и предостерёг от принятия необдуманных решений в условиях очевидной безнадёжности положения гарнизона. Он подчеркнул, что дальнейшие потери приведут к неизбежному прорыву обороны и гибели всего личного состава. Большинство солдат поддерживало Домбровского, однако состояние раненых неуклонно ухудшалось.

 

7 сентября. Капитуляция

 

Германское командование приступило к генеральному штурму Вестерплатте. В 4:00 был открыт одновременный огонь изо всех без исключения орудий и миномётов, сосредоточенный в основном на казармах и КП № 2. В течение небольшого времени КП № 2 был полностью уничтожен (по счастью, никто из бойцов не погиб). Обстрел продолжался примерно до 6:00, после чего на штурм пошла пехота. Она была встречена сильным огнём с постов «Форт» и «Линия железной дороги» (сержанта Дейка), а также из КП № 1. Поляки стремились любой ценой не подпустить немцев к объектам обороны, понимая, что для рукопашного боя сил у них уже не остаётся. К 7:15 немецкий штурм был окончательно отбит. Тогда немцы предприняли ещё одну попытку поджечь лес. Саперы облили деревья бензином при помощи специального насоса, и лес загорелся.

 

Между тем, гибель КП № 2 (как и ранее КП № 5) произвела глубочайшее впечатление на майора Сухарского, наблюдавшего её с командного пункта. Понимая всю безнадёжность дальнейшей обороны Вестерплатте, остро переживая за судьбу своих подчинённых (прежде всего раненых) и зная об общем положении в стране, майор принял твёрдое и окончательное решение о капитуляции Вестерплаттского гарнизона. В 10:15 приказ о капитуляции был доведён командирами до личного состава, а над казармами вывешен белый флаг. Майор Сухарский проинформировал о своем решении маршала Рыдз-Смиглы, который присвоил всем защитникам Вестерплатте, живым и погибшим, высшие военные награды и очередное звание. На этом оборона Вестерплатте завершилась. Она продолжалась 173 часа 30 минут и проходила в условиях непрерывных немецких атак.

 

Для встречи с германским командованием были назначены парламентёры. Ими стали майор Хенрик Сухарский и старший сержант артиллерии Леон Пиотровский в качестве переводчика. По дороге оба парламентёра были остановлены немцами и тщательно обысканы. С немецкой стороны в обсуждении условий капитуляции принял участие командир Учебного сапёрного батальона (Pionierlehrbataillon) подполковник Карл Хенке. Он сообщил, что по приказу генерала Эберхардта майору Сухарскому будет оставлена его офицерская сабля. Оба парламентёра вернулись в расположение гарнизона, где майор проинформировал личный состав о принятых условиях капитуляции. После чего офицеры и солдаты стали приводить себя и свои парадные мундиры в порядок. 

 

7 сентября немцы вступили на территорию гарнизона Вестерплатте. Подполковник Хенке препроводил майора Сухарского к генералу Фридриху Эберхардту, где тот под объективами немецких фотокорреспондентов и кинохроникёров подтвердил право бывшего командира Вестерплатте на ношение своей офицерской сабли даже будучи в плену.

 

Сразу же после капитуляции немцы разделили защитников Вестерплатте. Раненых польских солдат отвезли в Медицинскую академию в Данциге и поместили в бараках под охраной СС. Пожилых вольнонаёмных отправили в лагерь для гражданских лиц в Новом Порту. Рядовой и унтер-офицерский состав был собран в казарме на Епископской Горке, а офицерский разместили в отеле «Центральный» на улице Пфефферштадт (ныне Коженна, 79), недалеко от вокзала. Через несколько дней всех военнопленных начали отправлять в шталаги и офлаги, расположенные на территории Германии. В лагерях офицеры были освобождены от работы, а рядовые и унтер-офицеры трудились на заводах, фабриках, рыли окопы, работали в штольнях. Впоследствии некоторым из участников обороны Вестерплатте удалось бежать из лагерей (были также освобождённые по состоянию здоровья). Они продолжили войну в Армии Крайовой и в польских воинских формированиях, созданных на Западе и в СССР. Были и те, кто попал в концентрационные лагеря — как немецкие, так и советские. Восемь защитников Вестерплатте не сумели пережить войну.

 

И только радиотелефонист сержант Казимеж Расинский так и не покинул казармы на Епископской Горке. Он был единственным, кто знал все шифры и коды, уничтоженные ранее по приказу майора Сухарского. 12 сентября за отказ передать их немцам сержант был расстрелян. 

 

Генерал Фридрих Эберхардт принимает капитуляцию у майора Хенрика Сухарского
Генерал Фридрих Эберхардт принимает капитуляцию у майора Хенрика Сухарского

Итоги сражения

 

Потери защитников Вестерплатте составили 16 человек убитыми (включая Казимежа Расинского) и 50 ранеными. Немцы же потеряли около 400 солдат убитыми и ранеными (причём убитые составили около половины). Из 182 защитников Вестерплатте 158 дожили до конца войны.

 

Майор Хенрик Сухарский, до 1945 года находившийся в немецких офлагах, скончался в Неаполе 30 августа 1946 года и был там же похоронен. В 1971 году урну с его прахом доставили в Польшу и перезахоронили на Вестерплатте рядом с могилами погибших защитников гарнизона. Указом Сейма 10-го созыва всем участникам обороны Вестерплатте присужден орден Виртути Милитари.

 

События этого сражения отражены в некоторых произведениях — в частности, в «Песне о солдатах Вестерплатте» известного поэта Константы Ильдефонса Галчинского. Горстка польских солдат численностью 182 человека сковала 3,5-тысячную группировку вермахта и нанесла ей значительные потери. Именно благодаря Вестерплатте защитники Хеля смогли продержаться до 2 октября.

 

Неоднократно с гордостью об обороне Вестерплатте вспоминают герои телевизионного сериала «Четыре танкиста и собака».

 

Сейчас на месте боёв действует музей Вестерплатте. Здесь можно увидеть КП № 1 (перенесённый на 150 м от прежнего места), в котором собраны некоторые экспонаты — документы, макеты (в том числе корабля «Шлезвиг-Гольштейн»). 

 

После войны недалеко от поста «Форт» был установлен памятник с танком Т-34 из 1-й танковой бригады им. Героев Вестерплатте, участвовавшей в освобождении Гданьска в 1945 году; в августе 2007 года он был демонтирован.

 

P.S. Понятие слово "подвиг" в Европе и России сильно отличаются. Советское командование расстреливало или отправляло на зону военнослужащих, которые сдавались фашистам. А сбежавшим полякам и французам давали танки и самолёты, чтобы они продолжали воевать... Очевидна двуличность советского командования... И кстати, как этот "подвиг" выглядит на фоне подвига 28 панфиловцев, защитников Брестской крепости или защитников Сталинграда, с учётом всей той лирической послевоенной критики....